Кубик Рубика — двадцать семнадцать!
  Views: 37  

Часть I

«Вот сейчас я, вообще, ни хрена, не понимаю! Что это было? И что мы вообще тут целую неделю делали?», — высказал я в сердцах, пытаясь побыстрее собрать нашу машину, чтобы противный венгерский дождик не намочил ещё не убранные в неё вещи. Мы бегали снизу-вверх, перетаскивая сумки и другой скарб, перманентно цепляясь за табличку нашего сектора, на которой по-сиротски смотрелись всего четыре, да и то, не самые тяжелые, цифры – наш совокупный улов за трое суток рыбалки на тренировочном турнире DESEDA OPEN ‘двадцать семнадцать.

С легким чувством растерянности и невесть откуда взявшейся тревоги, которая обычно случается в плохое утро, после хорошего вечера и плавно переходящего в глубокую ночь, мы медленно выезжали из кирпичных арочных ворот нашей спортивной резиденции, расположенной на окраине небольшого венгерского городка Капошвар, и приветствующей своих постояльцев слегка подгоревшей вывеской «Deseda Panzio». Небо хмурилось и сверкая грозило нам в след, а мы, в переполненном девятиместном минибусе, плавно катились в Загреб, стараясь не замечать, что нас в машине десять человек. Наш тренер приболел и всё время старался лечиться, то ли от аллергии, то ли от подхваченной здесь же простуды, но так ничего и не вылечил, а лишь еще сильнее кашлял и чихал. И это было не удивительно, учитывая то, как он здесь «проводил лето» … За те годы, проведенные мною в карпфишинге, я, наверное, не видел более преданного этому делу человека, полностью и без остатка, отдающего себя карповой рыбалке. И даже в тот момент, когда передовые отряды бактерий и вирусов, в очередной раз проверяли его иммунную систему «на слабо», он был полностью сосредоточен на предстоящем турнире. Всё это время он думал только об одном – об успешном выступлении сборной команды России на предстоящем мировом первенстве. И не просто думал, теоретизировал, а делал. В свои, далеко не мальчишеские годы, он, на протяжении нескольких дней подряд, нырял в воду озера, измерял глубину и температуру воды во всех возможных слоях, поднимал со дна ил и донный грунт, и снова нырял, исследовал, проверял. Изучал, как, например, располагаются на илистом дне наши оснастки, насколько глубоко они утопают в ил после заброса и где находятся после протяжки снасти, отыскивал и вытаскивал в нашу лодку коряги и старые, оборванные другими рыболовами снасти. Его дотошность в некоторых вопросах, могла утомить самого терпеливого ученика. Но так было нужно, все это понимали и мотали на ус.

В тот момент, казалось, что перед нами не тренер спортивной рыболовной команды, а настоящий следователь  из спецслужб, который с увлечением, с азартом, ведет очень сложное, запутанное дело. Он мог долго и внимательно рассматривать разломанную напополам корягу или ветку, чтобы увидеть там микроскопических обитателей озера: мог заставлять нас нюхать и даже пробовать на вкус иссиня-черный озёрный ил, а уже через мгновение, с легкостью юноши, он садился за руль своего кроссового велосипеда и в который раз нарезал круги вокруг озера, чтобы сквозь зелень величественных прибрежных дубов и озерной воды, увидеть, найти, случайно заметить, какую ни будь незначительную деталь, штрих, сущую мелочь, но которая может помочь дать направление, дать подсказку, для принятия верного решения. Когда смотришь на него в эти моменты, кажется, что он очень тщательно, как истинный мастер своего дела, спокойно и не торопясь, из тысячи пёстрых пазлов собирает свою сложную большую картину. Ставит, присматривается и убирает тот, что не подошел, тот, в котором он еще сомневается. И тут же берёт новый, крутит в руках, примеряет, прикидывает, сравнивает. Каждый пазл этой большой мозаики представляет собой, незначительный в отдельности, но важный в совокупности, ответ на вопрос, который он ставил перед собой, планируя будущую тактику ловли для команды. Фактически, он собирал эту тактику, строил, формировал её. А ещё вернее, он работал точно скульптор, создавая свою новую работу – просто отсекал всё лишнее от, пока еще бесформенного и неживого, камня, от этого массива, этой груды поступающей отовсюду информации, чтобы влить в него душу, оставить нужное и ценное, а значит оживить, осмыслить его. Он очень тщательно и детально раздавал нам задания, потом внимательно слушал отчёты, вопросы и мнения спортсменов, и постоянно повторял: «Све за едно! Добро!»

Было интересно наблюдать за его работой, за тем, как он сам, десятки раз задавал себе и нам одни и те же вопросы, потом уходил в себя, о чём-то крепко задумывался, а утром снова возвращался к первоначальной версии, снова крутил, взвешивал, сравнивал. И как он на мгновение расслаблялся, становился весел, когда находил подтверждение свои предположениям и выводам, когда пазл точно и верно ложился в свободное место. А потом вдруг снова, становился задумчивым и озабоченным, подолгу молчал, когда новая информация, новые полученные данные, не просто не вписывались в складывающуюся картину, а порой, разрушали её большие куски, которые, казалось бы, уже были собраны верно. Вся команда, в течении всех тренировочных сборов, как трудолюбивые пчёлы, собирали гигабайты информации с воды, из секторов, с берегов, и приносили её в наш улей, где потом это всё кипело, бурлило, спорило, ругалось, складывалось. А он внимательно слушал, записывал, иногда уточнял и ободряюще кивал головой… «Да, да, точно, браво!», — с легким балканским акцентом, произносил он в очередной раз, когда какая-то принесённая информация подтверждала его и наши предположения. Бывало, что даже глубокой ночью, он неожиданно звонил или стучался в дверь, чтобы поделиться своим соображением, мыслью или уточнить важную деталь. И разве мы, спортсмены, видя то, как выкладывается и переживает наш тренер, могли позволить себе ослушаться, расслабиться, недоработать или, не приведи Господь, обмануть его?

«Хочется домой и мороженного!», — почти хором произнесли пассажиры нашего минибуса, когда оранжевые крыши нашей спортивной резиденции скрылись за лесополосой, а машина свернула на автозаправку. Неожиданное и массовое желание холодного лакомства, спровоцировал вид целого автопробега фургонов с мороженным, которые обогнали нас за несколько минут до этого. Все были уставшие, сонные, но довольные. Это были самые длительные и тренировочные сборы национальной команды, что провела на озере, более десяти дней, которые состояли из четырёх суток ловли по персональным заданиям, пары дней перерыва и теоретических занятий, и этот, злополучный тренировочный турнир, после которого откололось сразу несколько «пазлов», что до этого, не просто удачно встроились в тактику будущей командной ловли, но и возможно, были, его краеугольными камнями, основой. Основа, фундамент нашей будущей тактики, которую команда по кусочкам собирала и смешивала в монолит – дала глубокую трещину. Именно тренировочный трёхсуточный турнир, перевернул всё с ног на голову, по крайней мере в наших головах. Мы были обескуражены этой ловлей, а вернее этими мучениями в секторе, когда нам удалось поймать первую рыбу, только в середине турнира и до его конца, ещё три, случайных рыбы. И дело было совершенно не в том, что мы упустили со старта пару хвостов, но в том, что мы совершенно не поняли, как здесь нужно было ловить. Мы не увидели здесь, никакой закономерности и логики. А она есть всегда, как тот суслик, даже когда мы его не видим. Я не даром назвал тот улов случайным, ибо не могу с уверенностью сказать, что поимка этой рыбы была следствием наших тактических действий. Но и это, были еще не все «радости» … Правее нас, метрах в восьмидесяти-девяносто, располагалась одна пара, из многочисленного десанта румынских спортсменов, которая поймала двадцать четыре рыбы и заняла второе место на турнире, который, в свою очередь, собрал полсотни участников. Второе место из полсотни! Не хило! Откровенно говоря, мы были в недоумении, мы были растеряны. Нам казалось, что за неделю тренировки на озере и проведенных сборов, консультаций и проб, нам удалось хоть немного, но прочитать, разгадать, понять это озеро. Но то, как протекал турнир и его итоговые результаты, ясно показывало, что мы ничего о нём не знаем, а из того, что смогли прочитать, ничего не поняли… Именно с осознанием этого, и была связана наша озабоченность по дороге домой со сборов. Озабоченность и тревога, так как на то, чтобы что-то изменить, перед главным стартом каждого спортивного сезона, оставалось чуть более недели.

DVkqSZ5b1E0-2
IMG_9044-2
qEdcR8S4chY
IMG_9099

Но, подобную озабоченность и растерянность можно было увидеть у многих спортсменов, которые собрались на деревянных лавочках, под небольшим навесом в рыболовном центре на берегу озера Деседа. Кто-то шутил и пил крепкий кофе, кто-то спорил, но большая часть спортсменов, задумчиво всматривалась в серый от дождя пейзаж и недоуменно пожимала плечами. Судя по результатам и лицам на пьедесталах, можно было сделать вывод о том, что приоритетными тактиками, которые показали хорошие результаты, были румынская и французская. Первые, низменно, применяли программы, основанные на растворимых бойлах, и зачастую, не имеющие никаких привязок ко дну и без создания конкретных точек корма и ловли. Абсолютно хаотично они бросали в воду сотни бойлов, и так же хаотично забрасывали свои оснастки, иногда, впрочем, стараясь их закинуть максимально далеко, не стесняясь открыто применять запрещенный «боковой» заброс. Вторые, наоборот, активно работали ракетами и большими объёмами прикормки, и скорее всего имели конкретные точки прикормки и ловли. Две тактики, два метода, два пути. Румыны были доками в тактике, производстве и применении растворимых, или как говорят многие, пылящих бойлов, и в этом вопросе диктовали всем свою «пылящую моду» уже много лет, что подтверждалось их стабильными высокими результатами на чемпионатах мира. Французы были крайне сильны, имели очень большую практику на озере, выезжая сюда огромным составом, шестью, а то и восемью парами. Но у обоих тактик, был один общий ключевой момент – все искали участки с мелким и глубоким илом, а вот кто и где, при этом ловил, был большой вопрос.

Огромный пьедестал, в большей степени оккупированный спортсменами из Франции и Румынии, был похож на рекламный слоган: «Выбирай или придумай третий путь, свой!» В тот момент мне не давала покоя мысль о том, что обязательно и быстро, нужно вносить серьёзные коррективы в нашу тактику ловли, да ещё и придумывать что-то особенное, что-то своё, чтобы иметь козырь в рукаве или хотя бы, запасной вариант, как бывает в шпионских фильмах. Но при этом, у команды и тренерского штаба уже совершенно не было времени проверить и испытать эти изменения, эту новую тактику и даже измененную прикормку, накануне старта чемпионата мира. И получалось так, что все дальнейшие корректировки становились очень рискованными, и мы не могли точно знать последствий их применения. А то, что корректировки были необходимы, в команде не сомневался уже никто. Таким образом, и на принятие решения, и на его воплощение, в целом, на всё это, у сборной команды России, оставалось не более трёх-четырёх дней…

Часть II

«Главное не упасть в первом же бою, после того как выполнил «мастера»! — с усмешкой произнес мой первый тренер по боксу… А уже потом, когда пили крепкий чай из гранёных стаканов, обхватив раскаленное стекло ладонями, сидя в маленькой тренерской комнатке, находящейся, даже не ниже уровня ринга, а ниже уровня пола в боксерском зале краснодарского стадиона «Труд», он рассказывал нам о том, какие бывали случаи, когда молодые боксёры, только что выигравшие какой ни будь мастерский турнир или, тем более, всесоюзное первенство, приходя на обыденный тренировочный спарринг, «хватали плюху» и вытирали своими майками настил ринга… И уже напоследок, он словно прошипел слова, которые глубоко врезались в не окрепший ещё юношеский мозг: «Понимаешь, нельзя после большой победы, падать, нельзя! Проиграть можно, по очкам, раздельным или общим решением судей, как угодно, но падать нельзя! Титул-то и звание никто не заберет, но осадок останется не хороший…»

Представленный диалог, а вернее всего несколько фраз этого, несомненно талантливого тренера, видимо навсегда засели в моей голове, и в последний месяц, словно отрывающиеся от своих тросов, старые корабельные мины, всплывали в моём сознании и периодически взрывались небольшими приступами волнения. Неумолимо приближалась дата начала мирового первенства. Мы грузились на борт самолета с гривастой красной лошадью, нарисованной на борту – промо-лайнер профессионального футбольного клуба «ЦСКА». «Вот теперь, летите ребята и думайте, к чему бы всё это, к чему эти знаки?», — кто-то из наших болельщиков, сам того не хотя, спародировал известного писателя, опубликовав такое сообщение в одной из социальных сетей. А нам было по-прежнему, тревожно. С одной стороны, мы летели в хорошем настроении, находясь, ещё как минимум неделю в статусе действующих чемпионов мира, но с другой стороны, на всех давила огромная ответственность за результат. Но чемпионат мира – это не ординарное событие, это праздник карпфишинга, поэтому нужно было улыбаться и уверенно идти к своей цели.

Команда собиралась заранее, как это принято на чемпионатах мира, когда делегации съезжаются за три-четыре дня до старта, и проводят последнюю подготовку, настройку и «доводку» своих спортсменов. Этот год был особенный, и дело не только в титуле, который мы целый год носили всей страной. Помимо этого, у нас собрался многочисленный состав команды, который мы еле впихнули в нашу, надо сказать не маленькую, резиденцию. «Мы договаривались, что вас будет меньше, как мы вас всех кормить будем?», — переживала хозяйка резиденции, когда мы с ней распределяли комнаты для русской делегации. Когда все окончательно съехались и слетелись на базу, нас оказалось двадцать два человека, и не всем, и не всегда, хватило места за огромным столом во время обедов и совещаний. А если уж мы выбирались в город, чтобы поужинать в ресторане, то для нас открывали банкетные залы, и мы рассаживались за столами, как на свадьбе или юбилее. Нас было много, мы были сильны, открыты и красивы, особенно в новой форме сборной команды. Когда нам удавалось прогуляться по, не самому оживленному венгерскому городу Капошвар, люди оборачивались и рассматривали нашу «группу в полосатых купальниках», которые так элегантно перемещаются по старинной мадьярской брусчатке. Да, нас было много и видно издалека, и мы излучали добро, уверенность и справедливость.

Надо сказать, что у нас был неплохой состав, даже для футбольной команды Российской футбольной Премьер-Лиги, не то, чтобы для чемпионата мира по карповой ловле. Я не удивлюсь, если наша группа обеспечения, или как её ещё называют — группа логистики, оказалась самой многочисленной на этом турнире. Ну, кроме венгерской, конечно. Тут их обеспечивала вся страна, ну или как минимум, весь город.

На первом официальном мероприятии чемпионатов мира, а именно, на первом собрании капитанов, сербы аккуратно спросили нас о том, а не собираемся ли мы снова выиграть медали? И это, с их стороны, была совсем не шутка. Да и отношение многих спортивных делегаций к нашей команде изменилось, и это было заметно. Но всё же, на нас ещё не смотрели как на команду, которая является действительным конкурентом лидеров мирового рейтинга, команда — Хорватии, Сербии, Франции, Румынии и Англии. На нас смотрели, скорее изучая, присматриваясь, выжидая, и в их глазах, можно было прочитать только один вопрос, после ответа, на который, многие из них, смогли бы определиться по отношению к русской команде окончательно: «Какой результат вы покажете в этом году на чемпионате мира?». Это был действительно важный вопрос и для нас самих, для чёткого понимания и ощущения своего уровня на фоне лучших сборных команд мира. Но был ещё один ключевой, даже знаковый момент — это было первое мировое первенство, на котором наша национальная сборная, собиралась использовать прикормку и карповое питание исключительно российского производства. Это событие олицетворяло собой новый этап, новую веху, не только в российском, отечественном «бойлостроении», но и в развитии национальной команды, да и отечественной карповой ловли в целом. Это, действительно, было очень важно, и в краткосрочной, и в долгосрочной перспективе. Российские карпятники очень многое знают и умеют, и они доказали это ещё год назад, во Франции. Теперь оставалось доказать, что мы также, неплохо разбираемся и в карповой кулинарии. Конечно, у нас был план «Б» и в плане прикормки, но забегая вперёд, скажу, что к счастью, нам не пришлось его применять.

«Главное – чтобы эти бойлы успели высохнуть, так как у нас всего четыре неполных дня», — сказал тренер и слегка сжал пальцами один из них, вытащив его из большого сетчатого ящика. Спешка в приготовлении прикормки для сборной команды была обусловлена резко изменившимся тренерским заданием, и нам пришлось в кратчайшие сроки вносить изменения в рецептуру. А учитывая, что растворимые бойлы, для своей правильной работы, требуют хорошей, я бы сказал, достаточной просушки, то даже в комфортных мульти-условиях нашей резиденции, нам пришлось сооружать импровизированную сушку в столовой, там, где команда завтракала и проводила ежедневные собрания. Так что, вся пища, которую потребляла команда в период подготовки и проведения чемпионата мира, имела лёгкий оттенок Squid Octopus и паприки. Тут же, в столовой, в огромном баке варилось зерно, а на улице, под навесом — мотали, крутили, вязали, клеили, срезали, собирали свои монтажи и перебирали карповое снаряжение те, кто уже скоро должен был стартовать на мировом первенстве. Началась жизнь по расписанию, а такие дни, обычно, пролетают не заметно. Всем находилась работа и задачи, кому-то по душе, а кому-то и не по нраву. Команда – это живой организм, микромир, микрообщество, со своими положительными отрицательными сторонами. Но, слава Творцу, что в этой команде собрались люди взрослые и умные, понимающие, а главное, принимающие правила игры, установленные внутри команды, в каком бы статусе они не прибывали в ней. Эти правила достаточно просты, но учитывая, обычно высокий социальный статус людей, занимающихся карпфишингом, которые в своей обычной жизни вероятнее всего, состоятельные и состоявшиеся люди, бизнесмены, руководители, бенефициары и совладельцы, обладающие определённой властью, с большими амбициями и с деньгами, то не всегда, и не все из них, умеют и готовы «переключиться», забыть про своё «положение в обществе», про свои регалии и миллионы, и спокойно работать в коллективе, там, где руководят и принимают решение не они. Там, где возможно, им придётся делать то, чего бы они не хотели делать, выполнять чужие распоряжения, слышать критику и вообще, подчиняться. Тут, конечно, у человека, может возникнуть внутренний протест, не согласие, иногда, даже, на автомате, не осознанно. И такое встречается не редко, и не только в рыболовном спорте. Но у нас, всё же чаще, я думаю. Не все, и даже спортсмены, до конца понимают, что это уже большой спорт, со всеми вытекающими… Меня всегда умиляла и удивляла ситуация, когда, например, женщины в сборной команде, отчаянно, в кровь, борются за право в ней находиться наравне с мужчинами, но попадая туда, сразу требуют к себе особого, отношения, как к женщинам – без серьёзных нагрузок, криков, мата и «резких движений». Интересно, правда? Куда уж тут американскому Госдепу, с их двойными стандартам? А как бы этому удивился знаменитый Николай Васильевич Карполь, только остаётся догадываться. Но, если среди читателей надуться такие кто посчитает, подобное поведение спортсменов сборной нормальным, тут, возможно, придётся их огорчить. Все те, кто собирается ехать на мировое первенство или на мероприятия по подготовке к нему, а особенно те, кто находится в официальной заявке сборной команды, должны забыть про свои гендерные признаки, социальные статусы, положения и должности, оставить их дома, либо оставаться там самим, вместе с ними, не нарушая свои внутренний мир и привычный образ жизни. А в сборной команде должны находиться люди, готовые работать в коллективе со всеми на равных, умеющих и желающих выполнять установки тренера, принимая условия общежития, хлебая из одной чаши и волоча на гору одни и те же камни.

Шли последние часы подготовки команды. Прошла жеребьёвка пар по зонам. И тренерским штабом были даны уже не общие, а более конкретные установки каждой паре спортсменов. Лески перемотаны, монтажи перевязаны и вымочены, крючки наточены ещё самим производителем, а спортсменами лишь проверены. Автомобили перебрали по нескольку раз. Только и осталось, что получить заветный номер на завтрашней главной жеребьёвке и добраться в сектор. Тренерский штаб вносил последние изменения в новую тактику ловли, которая была утверждена накануне, с учетом последней информации. Все немного нервничали. Ведь это уже были корректировки, на корректировки, которые тренеры включили после учебно-тренировочных сборов, когда всю тактику, по сути, пришлось собирать заново. В распоряжении команды было два варианта тактики, которые она могли равноценно применить по решению тренера, а в некоторых случая применить сразу оба. Команда приехала на чемпионат с уже измененным составом прикормки — были внесены некоторые изменения в рецептуру растворимых и варёных бойлов, была скорректирована степень их растворимости и ароматика, подготовлены специальные бойлы для насадки и исключены некоторые частицы из зерновых миксов. Но об этом, ещё поговорим, чуть позже.

«Работать надо очень быстро, и ваша первая задача – поймать каждой парой по одной рыбе!», — сказал тренер, открывая последнее установочное собрание, которое проводилось уже исключительно для спортсменов стартового состава. Он говорил медленно и не громко, не торопясь, как будто взвешивал и подбирал каждое слово. Сначала обратился сразу ко всем, выдал общие установки, а потом стал задавать вопросы каждой паре и корректировать их ответы, как будто проверял, насколько хорошо, все запомнили порядок действий на завтрашнее утро. Собрание оказалось достаточно коротким, видимо потому, что до этого была проведена колоссальная работа и все итак знали свои действия, как таблицу умножения. А таблицу умножения, почти все присутствующие, учили еще в советских школах — в лучшей системе образования в мире. Так что, можно было быть уверенными, что никто и ничего не забудет.

«Сильно там, не танцуйте», — кто-то бросил в след, уходящей на торжественную церемонию открытия и праздничный банкет, посвященный началу 19-го Чемпионата мира по ловле карпа FIPSed, делегации сборной команды России. А шестеро спортсменов основного состава оставались на базе, дабы поберечь нервы и силы перед завтрашним стартом. Вот уже три года, в сборной команде России, так заведено и соблюдается на постоянной основе. И это не только дисциплина, это единение команды, на психологическом уровне. Тренер категорически рекомендовал нам сделать отбой не позже десяти вечера, но сон совершенно не шёл. Ни к кому. Да какой тут сон, когда завтра утром старт главного турнира в году, а для кого-то, может быть, единственного в жизни турнира такого статуса? Не секрет, что уже само попадание в сборную команду России и участие в мировом первенстве, а тем более, выход на старт такого турнира – это мечта любого спортсмена-рыболова.

А какой же тут сон, когда эта мечта уже завтра станет реальностью? Овечки, слоники, козы. Десятки, сотни, тысячи. Измятые подушки и «стотысячпятьсот» переворачиваний с боку на бок, раскрылся, накрылся, снова раскрылся… Но в голове, по-прежнему, одни карпы и завтрашний старт.

На улице заметно холодало и казалось, что начинал оправдываться прогноз синоптиков, которые нам обещали сырую, дождливую и достаточно прохладную неделю. К вечеру даже поднялся ветер, вызванный, скорее всего, проходящим не далеко грозовым фронтом. За дощатым забором была отчётлива слышна французская речь, они о чём-то негромко спорили, а потом поочерёдно стали носить и складывать вещи в машину. Так уж получилось, что на этом чемпионате, нам приходилось соседствовать со сборной командой Франции, командой, которая в прошлом сезоне была нашим соседом на водоёме, в зоне «В», но осталась без командных медалей, заняв четвёртое место. Спортивная судьба решила далеко нас не разводить, и в этом сезоне, французы, стали командой, с которой мы в итоге будет бороться за призовое место на финише и проиграем ей по дополнительным показателям. Вот такая ирония судьбы… Надо сказать, что так же, как и мы, сами французы были сильно удивлены, когда прибыли в свою резиденцию и увидели такой многочисленный десант русских, видимо рассчитывая провести подготовку в уединении. Но не тут-то было, и так как все хорошие помещения в этих зданиях давно были заняты нашей командой, они расположились в хозяйственных помещениях заднего двора, который бдительно и шумно охранял молодой и дерзкий бульдог. Лишь иногда, проходя, например, на завтрак, они специально задерживались на общей, нейтральной территории у навеса с барбекю, чтобы хоть одним глазком посмотреть на девушек российской сборной. Посмотреть, засмущаться и покраснеть…

Ночь разбилась на короткие отрезки, и понять к утру, чего в этой предстартовой ночи было больше – сна или бодрствования, уже было невозможно. Накрапывал мелкий дождь, а небо было плотно закрыто серыми шторами. И хотя я проснулся достаточно рано, уже почти никто не спал, и большая часть команды активно обсуждала предстоящий старт турнира. Канун старта, а тем более, канун жеребьёвки секторов – это всегда волнительно и интересно. Наступала начальная стадия кульминации мирового первенства. Аппетита не было, завтрак не получился вовсе. Тренер, постоянно посматривал на часы, проверял как собрались команды и не забыли ли чего погрузить в машины. Дождь усиливался, всё больше загоняя весь наш большой, бело-синий коллектив, под навес. По резиденции проехала вереница машин в направлении озера, в окнах которых можно было разглядеть приветственные взмахи французских ладоней. Сборная команда России, в полном составе, вместе с группой логистики, вышла на свежевыкошенный газон нашей резиденции, где мы еще вчера играли в молодёжный волейбол, на глазах обалдевших французов, играющих в пенсионерский петанг. Встали в круг, обнялись, как футболисты перед матчем, и после короткого напутствия, разом выкрикнули древнейший славянский клич идущих на битву воинов – «Ура!» Наша команда была готова дать настоящий бой самым грозным соперникам на этом мундиале.

А в месте, где должна была проходить эта самая главная жеребьёвка, напряжение было такое, что воздух можно было хватать руками и бросать в соперников. С виду, всё выглядело непринужденно и даже весело, собравшийся народ, литрами пил кофе и выкуривал целые поля табака. Господин президент FIPSed, приветствовал участников, мило улыбался и обсуждал предстоящую процедуру собрания капитанов и жеребьёвки. В тот момент, это небольшое укрытие и интернациональная группа людей собравшаяся под ним, были точкой притяжения всего мирового карпфишинга! Этим утром, внимание всего мира, было приковано, к этому брусчатому зданию на берегу венгерского озера Деседа, где под навесом, сидя на узких деревянных лавочках, собрался весь цвет мировой карповой ловли. Одних только чемпионов мира тут было – «на каждой лавке по штуке», а то и по два… Имена, титулы, легенды. Со стороны, это шумное сообщество выглядело пёстрым ковром, состоящим из мозаики одежд и костюмов национальных сборных. Встречались старые и новые знакомые, говорили на десятке разных языков, которые было сложно разобрать в этом гомоне, улыбались и шутили, щелкали объективами фотоаппаратов и сверкали вспышками телефонов, делали селфи и корчили рожи, а дождь продолжал свою унылую песню, ритмично барабаня по кровле. «Please! Please!», — раздался голос президента FIPSed, призывая всех участников к началу совещания. На мгновение все повернулись к президиуму, потом присели и шум стих.

IMG_9383
21688130_10211836720527951_4216994020991180855_o
21587003_1512991505435440_3684753623141958055_o
IMG_8999
21559048_1454952181290344_3085980337737066810_n
SiF4-ZELIhY

«Ты знаешь, всё ничего, но, по-моему, мы попали в самую чёртову задницу, и нам сначала, нужно постараться туда доехать, по этой глине и этому не прекращающемуся дождю…», — сетовал я на нашу жеребьёвку, хотя изначально эта комбинация казалась мне очень неплохой.

Более того, я даже хотел эту комбинацию, указав её среди двух-трёх наиболее понравившихся мне. Тут стоит обязательно пояснить, почему они мне понравились. Все дело в том, что, как и говорил наш тренер на предстартовых интервью, на жеребьёвке в командном турнире, в первую очередь, не желательно получить комбинацию секторов с одним «топовым» и одним «мёртвым» сектором. Наилучшей жеребьёвкой всегда является комбинация с тремя секторами «среднего», так сказать, уровня. То есть, с тремя ровными секторами. И та комбинация, что досталась нам, был именно такой, ровной. Но с введением, полузон в чемпионатах мира по карповой ловле, на этом, вопрос не был исчерпан. Во вторую очередь, здесь уже включаются показатели того, кто именно, спортсмены какой команды, попали в полузону к парам — сильные команды, лидеры или команды послабее. Это очень важно, так как, теоретически, в одной полузоне, волею случая, могут собраться все сильные пары и устроить там сущую «битву титанов», а тогда вторую полузону можно выиграть легче, и сделать это может команда даже самого среднего уровня… Поэтому, после того как пара попадала в сектор, нужно было смотреть на те пары и спортсменов, которые находились у неё в полузоне и были её непосредственными соперниками. Но на практике, за редким исключением, почти всегда случается так, что в обоих полузонах есть и сильные и более слабые пары. Так было и сейчас.

Машину медленно несло боком по скользкой, липкой и рыжей глине, вперемешку с нестриженной зеленой травой, в направлении озера, где перед небольшим въездом на велосипедную дорожку скопилось уже около десятка машин. Это хаотичное движение-скольжение, наверное, можно было отнести к теории управляемого хаоса, в которой, на самом деле, нет и намёка на управление, а лишь его видимость и самоуспокоение. Но при этом, я деловито крутил руль из стороны в сторону и пытался рассчитать, хватит ли нам расстояния, чтобы внизу не обняться с машинами сборных команд Болгарии и Италии. За окном было около двенадцати градусов тепла, если, это вообще можно назвать теплом, и мелкий дождь, который раздражал уже вторые сутки. Открывшийся со склона вид, навевал осеннюю тоску, где на фоне уже наполовину желтых деревьев, большим серым пятном, простиралось озеро. И хотя трава, еще хранила свой изумрудный цвет, но серое тяжелое небо превращало всё в черно-белую фотографию. Пробка на велосипедной дорожке рассосалась как рубцы после сеансов Кашпировского, и мы плавно подкатили к куску асфальта, где можно было развернуться, чтобы продолжить поиск нашего сектора.

«Аккуратно едите по этой узкой велосипедной и асфальтированной дорожке, а за поворотом на подъёме будет ваш сектор», — быстро и по-английски проговорил молодой парень в красной нейлоновой куртке, поверх которой только наполовину была одета судейская жилетка. Потом он замахал руками, как опытный сурдопереводчик, как бы усиливая свои слова и дублируя их, на случай, если мы не поняли, его мадьярского акцента. «Вот, смотри, наш сектор! Да вот, за деревьями, в лесу!», — обнаружил и сообщил напарник, и мы припарковали наш автомобиль, который тут же провалился на полколеса в глину. Приехали, значит… Высокий глинистый берег, был плотно устлан ковром из почти уже почерневших дубовых листьев. До воды высоко — около двух метров, а на расстоянии выставленного подсачека от берега, глубина была не выше колена. Сверху, над нами, раскинулся искусный навес из величественных дубов, а по краям сектора, как естественный указатель его границ, в воде развалились не просто ветки, а наполовину сгнившие, огромные деревья, которые тут же, при нас, бравый венгерский рабочий, с помощью знаменитой на весь мир бензопилы Husqvarna, обрезал по-нашему же желанию. По-видимому, он был лесник, так как орудовал инструментом легко и свободно, и казалось, что в его прическе, лесные певчие птицы, свили себе гнездо и растят там уже не первый выводок. На границах сектора ноги моментально проваливались в рыжую глину, а там, где грунт был твёрдый, по упавшим листьям можно было кататься как по льду. Уклон берега позволял провести здесь даже местный чемпионат по слалому в crocs-ах, и мы не осознанно приняли в нём участие. Только небольшие осины, встречающиеся на пути наших перемещений в секторе, играли роль надёжных помощников, за которых мы могли крепко держаться, когда ноги и мокрые листья, в сговоре с глиной, навязчиво предлагали нам выполнить один из элементов фигурного катания.

В воздухе тоже было не спокойно. С приличной высоты, с самой верхотуры нашей кровли, желуди летели вниз с космическим ускорением и точно пули, с хлестким звуком, входили в воду, оставляя небольшие круги на воде и углубления в земле. Когда дубам удавалось попасть своими желудями в нас, то не заметить это было достаточно сложно — попадания были чувствительные, особенно когда снаряды ложились аккурат в голову. Во время резких порывов ветра, дубы начинали стрелять очередями, что увеличивало процент их попаданий. Сверху постоянно капало, а с воды в лицо, дул холодный северный ветер. Мы торопились, и, хотя мы достаточно быстро расставили лагерь, времени на маркирование практически не оставалось. Как-то я уже говорил о том, что чемпионат мира пролетает быстрее, чем ты успеваешь задуматься об этом. Старт и финиш. Здесь практически нет времени на сон, на чай и на философию. Не всегда есть время даже на приём пищи. Все двигаются быстро, чётко и распределяя на все свои действия собственные силы и время. Такая вот, интересная и необходимая, внутренняя логистика, как часть, как элемент внешней, общей логистики ловли. И дело даже не в том, активный клёв или нет, часто ли поднимаются, а потом клюют землю свингеры, часто ли трещат фрикционы катушек. Нет, это, как раз, просто, это физическая нагрузка. Парадокс ситуации заключается в том, что даже если рыба не заставляет вас постоянно бегать от удилища к мату, и пропускать через карповый мешок десятки усатых хитрецов за пару часов, а наоборот, совершенно нет поклёвок, то у вас ещё меньше времени, и вам нужно бегать ещё быстрее. Когда нет клёва, нужно ходить, перемещаться быстрее, думать быстрее и делать всё быстрее, чтобы найти рыбу. Вот здесь, к физическим нагрузкам добавляются нагрузки умственные и психологические, когда помимо прочего, ещё нужно много думать, анализировать и принимать решения. А что же мы хотели? Это большой спорт! На главная задача, особенно первых часов на старте – не наделать ошибок, которые потом могут повлиять на всю дальнейшую ловлю и результат, а значит, нужно торопиться, не спеша…

«Вот это хорошая рыба, быстрая и нужная!», — сказал мой напарник, когда мы поднимали в подсаке нашего первого карпа, соблазнившегося растворимым бойлом уже через час после старта чемпионата мира. Он вел себя очень упорно, медленно ходил из стороны в сторону, не желая приближаться к берегу, и каждый такой его поход, вызывал у нас приступы волнения, ибо вытащить рыбу из лежащих в воде деревьев, по краям нашего сектора, было практически невозможно. Но, применение хорватской техники вываживания, позволяло разворачивать рыбу и таким образом, вывести её точно по центру нашего свима. За сектором появились зрители, потом больше, потом стали останавливаться велосипедисты, и в итоге, мы собрали маленький зрительный зал, который чуть позже аплодировал нам, за этого усатого красавца. Это нормально, так принято на чемпионатах мира. Подъём рыбы снизу наверх, на высокий берег, был специальной и не простой процедурой, и для этого, в течении получаса, нам пришлось делать ступени и устанавливать специальную платформу, в полуметре над водой. Это отняло какое-то время, но теперь мы могли спокойно спускаться в воду, чтобы стоя там вываживать карпа. Наша первая рыба, лежала на мате и радовала глаз – это был красивый карп, весом около десяти килограмм – отличная новость для всей команды и тренера. Первая рыба – всегда важна, а быстрая и крупная, тем паче… Первая рыба приносит определённое спокойствие, нет, не расслабленность, а такое, я бы сказал, деловое спокойствие. Спокойствие, которое необходимо, чтобы снять излишнюю напряженность, мандраж, которые всегда и у всех, даже у самых многократных чемпионов, есть на старте соревнований, и которые в свою очередь, могут серьезно мешать и создавать излишнее утомление, пусть даже и эмоциональное.

Тренер приехал в отличном настроении, все три наши пары были с рыбой, а то и не с одной. Команда набирала ход и оставалось только подкорректировать детали в секторах и наращивать темп. Наша тактика начинала приносить свои плоды и напряжение немного спало, и теперь не только у нас в паре, но и у других наших спортсменов, которые отлично выполняли задачи, поставленные тренерским штабом. Да и сам тренер, улыбался, и даже шутил, что бывает с ним очень редко во время мировых чемпионатов. Обсуждая будущую тактику ловли команды, сразу после возвращения домой с учебно-тренировочных сборов, мы рассуждали так, что, учитывая неоднородность дна, даже в одних полузонах, и большую разницу и в условиях секторов, было бы неплохо, собрать комбинированную тактику, состоящую из двух тактик, которые показали себя лучше всего на тренировочном турнире у других команда, и ту, которую мы отрабатывали на тренировке. Румынская тактика и вид румынской прикормки, в виде растворимых бойлов, несомненно заслуживали внимания, но не в каждом секторе она была применима столь хорошо, как хотелось бы и даже у самих румын. Ей была присуща скорее хаотичная ловля, прикармливание большими объёмами растворимых бойлов по всей ширине свима или большого рыболовного участка, без четкого определения мест ловли, с последующей заменой части растворимых бойлов на варёные. При этом, нельзя было отказываться и от, ставшей уже классической, тактики ловли, условно назовем её хорватской, где акцент ставился на поиск и определение места ловли, то есть на чёткое определение точек ловли, и точечного прикармливания с использованием богатых зерновых миксов и варёных бойлов. И здесь было нужно, либо слепить из этих разных стилей ловли один, либо скомбинировать их так, чтобы можно было ловить, используя сразу две тактики в одном секторе и не смешать всё в кучу. Помимо этого, нам потребовалось внести изменения и в саму прикормку, в её состав и рецептуру, причём по обоим тактикам, но этого мы уже касались выше. Другими словами, мы решили скрестить ужа и ежа, а как бы этот монстр потом выглядел и ловил, нам оставалось только догадываться.

Еще не прошло и трети турнира, еще не закончились первые сутки, а турнир уже набирал ход, и спортивная борьба разгоралась всё больше, а в отдельных полузонах уже полыхала во всю. Как и прогнозировалось, отличные результаты к утру показали украинские карпятники, собрав почти минимально возможное количество баллов и лидируя во всех своих полузонах. Не сильно отставали и румыны, о превосходной подготовке которых к этому турниру, всем было известно заранее. А вот французы и мадьяры пока «буксовали», и не могли «закрыть» все три своих сектора, рыбой. Когда принесли утренние сводки с фронтов, то оказалось, что весь водоём лучше ловит ночью, чем днём, и разница в среднем весе уловов, даже в одной полузоне, может быть до неприличия большой. Бессовестно большой, я бы сказал. И финальная ночь, станет роковой для нашей команды именно в контексте этого фактора, но к этому мы еще вернемся чуть позже. В этот момент задумываешься о том, что очень разная рыба в водоёме на чемпионате мира, есть фактор, который перестает быть интересным, а всё больше становится фактором, формирующим скорее несправедливость и необъективность самих соревнований.  Возможно, прочитав сие, найдутся сторонники той гениальной мысли, что настоящий карпятник должен уметь собирать к себе в свим, и конечно, ловить только её — только крупную рыбу. То есть, он знаем, умеет и может контролировать, а главное, сепарировать тех, кто собирается заглотить, вместе с мощным потоком воды, приготовленные нами, очень соблазнительные насадки. Конечно, конечно, такие люди есть, но они скорее обитают в виртуальном мире, в мире фантастических рыбалок без единого схода, и их редко можно встретить в off-line, да и вообще на водоёмах, за ужением рыбы. В этом ключе, интересно было наблюдать за тем, как всё меняет одна пойманная крупная рыба, особенно на старте турнира. Как только её вес занесён в протокол, то и пара, её поймавшая, и вся команда взлетает в таблицах на самые вершины. И как, в этом контексте важно, не допускать ошибок и стараться избегать сходов даже одной рыбы…

Если вы считаете, что пространство вокруг водоёма, где проводится чемпионат мира, похоже на уютный природный уголок, в котором можно спокойно любоваться природой и дышать свежим воздухом, то вы будете далеки от истины. На самом деле, всё это похоже на гигантский муравейник, состоящий из постоянно перемещающихся людей, пешком или на велосипедах, спонтанно собирающихся и кучкующихся в одном месте, а позже медленно разбредающихся по озеру, и главное, что почти у всех у них, есть чёткая задача и их действия совсем не хаотичны, как это может показаться с первого взгляда. Кто-то, что-то носит, передаёт, транслирует, наблюдает, координирует, диктует по рации или телефону, резко срывается и несётся в указанный ему сектор, там долго куда-то смотрит в бинокль, меряет дистанции, считает обороты на чужих колышках, потом снова и снова, что-то передаёт по рации. Всё действия становятся цикличными. И если бы сейчас была не заря XXI века с его технологиями, а полдень XX века, то мы бы, наверное, наблюдали сейчас радистов с радио-ключами под согнутыми указательными пальцами во всех придорожных кустах, и сотни шифровок, летящих вокруг и сквозь нас, пронизывающие своими электромагнитными наконечниками всё пространство вокруг. Так, подобно Кубку Конструкторов в знаменитой Formula -1, здесь, на берегах озера и на локальных базах команд, ведут своё сражение, свою войну, команды логистики, группы обеспечения. И здесь, все тоже, очень серьёзно и напряжённо. Шпионаж, волнение, дезинформация, планы, скорость, интриги, давление, психология — физическое и эмоциональное напряжение на грани. Видя все российские группы обеспечения, начиная с две тысячи десятого года, я уверен, что и в этом вопросе у нас серьезнейший скачок, в последний два спортивных сезона, и это не может не радовать. Особенно радостно видеть в таких группах, молодых спортсменов, которые еще могут попасть в сборную команду в будущем. Находясь на чемпионате и работая в группе, они уже начинаются готовиться к своему выступлению на мировом первенстве, это отличный способ качественно подготовить себя к предстоящим мундиалям, со многих точек зрения, в том числе и с психологической. Помните, кто в Испании был в группе логистики, а в следующем сезоне, уже во Франции, стал чемпионом мира? Так вот, как говорил пухлый герой известного детского мультика: «Этот Ж-Ж-Ж – не спроста!»

zBNiOYlH_J4
A5M2cWjw6us
ieWK_M-NcRc
jVr89rN32u8
Z0_W97xQpXs
21617804_826934500799884_4086587923131995325_n

«Ну почему, там, за полянкой, плавают рыбы как рыбы, а у нас, ясли-сад «Солнышко», какой-то?», — чертыхаясь и аккуратно поднимаясь наверх, мы доставали из воды, что-то ничего не весящее и почти не видимое в сумерках, тем более за мокрой сеткой подсачека.

«Такой большой подсачек, для такой маленькой рыбки не предназначен, хотя по вываживанию и не поймешь сразу, с кем борешься», — слегка удивлённо сказал мой напарник.

Сильная рыба, упорная. Она всегда такая на водоёмах больших размеров, там, где ей есть где нагуляться, поплавать, и присутствует достаточная природная кормовая база. Сильная рыба, интересно бороться. И каждый раз, стремится убежать туда, от куда приплыла… В нашем случае, в правый от нас, миниатюрный залив. После подсечки, моментально устремлялась как раз туда, где в нашем секторе непролазные коряги. Ну, видимо, чтобы жизнь нам не казалась мёдом. К вечеру, наша команда держалась в группе лидеров, но уловы всех участников настолько минимальны, что одна – две, даже самые маленькие рыбки, могут поднять или опустить команду в турнирной таблице сразу на 5-7 ступеней, даже в течении только одного протокольного отрезка, светового дня или ночи. Постоянные качели, всё на грани, всё шатко, все на нервах. Поклёвки днём были очень редки, но как только начался очередной сеанс дождя, мы смогли выудить эту маленькую рыбу, которая в случае даже своего минимального веса, могла позволить нам, перепрыгнуть на третье место в полузоне и помочь нашей команде сразу двумя баллами. Судьи тоже люди, они ленились и не хотели идти взвешивать «одну маленькую рыбку в тёмный дубовый лес», где эта мягкая и липкая рыжая глина, красит в весёлые цвета обувь и штаны. Уже было совсем темно, когда две оранжевые жилетки высветили лучи наших фонарей, на тёмном профиле леса у нас за спиной. Они, наконец, приехали, и с деловым видом приготовились ко взвешиванию, попросив нас смочить мат, который уже полсуток стоял под не прекращающимся дождём… Наш карпик, аккуратно выложенный на нём, невольно вызывал у них усмешки и вполне понятный скепсис. Но, ко всеобщему удивлению и радости, причём не только нас самих, но и судей, рыба превысила зачётный вес на целых шестьдесят грамм! Очень важная и нужная рыба, как, впрочем, и все рыбы, на этом чемпионате. После увиденных цифр на шкале весов, судьи действительно оживились и даже развеселились, видимо, им бы было очень обидно, возвращаться в свой лагерь мокрыми и грязными, со взвешивания незачётной рыбы. Нам же было радостно вдвойне, во-первых, из-за ещё одной зачётной рыбы в улов, а во-вторых, из-за того, что мы избежали получения «желтого картона», как говорят югославы, который тут раздавали за предоставление на взвешивание, незачётной рыбы. Да, да, такое «волшебное нововведение» в Правила FIPSed, разработал и включил один бельгийский… «поплавочник», член Президиума Международной федерации рыболовного спорта в пресной воде. Так и хотелось сказать: «Дорогая радиостанция, поставьте для него, хорошую песню! Желательно, группы «Ленинград, и желательно три раза подряд»!»

— «О це дило!», — вспомнил я слова моего деда, который так говорил, когда всё шло как надо, по плану, как было задумано изначально.

В то утро, мы смотрели промежуточный протокол, где нам удалось обойти на вираже американцев и македонцев, которые до этого момента немного нас опережали, и конечно, этим слегка раздражали. Да и вся наша команда уверенно выполняла поставленную тренером задачу и все пары занимали места в своих полузонах не ниже третьего места, а в общем зачёте, национальная сборная России, понялась на второе место. Чётко. «Всё идёт по плану!», — изрёк кто-то из нашей команды, точно, как в известной песне, начала 90-х годов, в хрипловатом исполнении культового героя, «рокаваго направления». Но при всех положительных моментах, оставалась одна тактическая сложность, которую пока ни команде, ни тренеру, не удавалось решить – это была дневная ловля. А решение этой задачи, позволило бы нам, не просто бороться за призовое место, а делать это очень уверенно.

Время летело, обезумевшие ласточки с удивительным упорством, продолжали летать низко над поверхностью воды, и тут же резко взмывать вверх, а грозовой фронт на горизонте висел серым тяжелым балконом. В нашей полузоне, за прошедший световой день, удалось поймать по одной рыбе только трём командам из тринадцати, и это говорило о том, что «дневные провалы» в уловах не только проблема сборной команды России. Но самые настоящие проблемы были у тех, кто, к неумолимо приближающейся финишной ночи, вообще ещё не видел рыбу у себя на матах. А таких команд было сразу несколько и в каждой полузоне. Оставалось всего два временных отрезка, когда можно было исправить ситуацию, а учитывая те, крупные особи рыб, которыми были полны эти воды, то ситуацию можно было не просто исправить, а возродиться как птица феникс, вытащив свою команду даже в лидеры. Ночь была тёплой, и в окнах, между тяжелыми лапами-ветками дубов, охраняющих пространство над нами, можно было разглядеть отдельные звезды, ветер стих и наступил полный штиль. На поверхности воды появилась карта звездного неба, настолько чёткая, что можно было разглядывать знакомые созвездия. Усталость валила с ног, но надо было ловить свой минимум и даже чуть больше — спотыкаться на финише нельзя. В какой-то момент, всё смешалось в одном большом облаке, которое плотно окутало наш сектор – здесь был и запах свежезаваренного чая, и отпугивающая резкость ядрёного дипа; и туман и пелена в глазах от усталости и напряжения; и отражение звёзд в идеально гладкой воде озера, и звуки сигнализаторов перекрикивающие звуки WhatsApp-сообщений из нашей рабочей группы; и цифры на часах, и цифры в промежуточных протоколах; и не дающие медленно ходить по берегу, постоянно бомбардирующие нас желуди; и грозное жужжание ночных полётов шершней; да редкие и не яркие лучи судейских фонарей с дороги, обязательно сопровождаемых скрипами велосипедной цепи и бормотанием, на ничто не похожем, языке. Всё вокруг крутилось, вертелось, появлялось и исчезало, как в кино, где монтажер немного сошёл с ума. И только ни с чем не спутываемая, фигура тренера, вдруг, неожиданно, появлялась из темноты леса, и всё сразу становилось на свои места, уходила пелена с глаз, появлялись силы и даже некоторая бодрость. Он внимательно выслушивал наши рассказы-отчёты, давал короткие советы и установки, и так же бесшумно и быстро растворялся в темноте, чтобы появится у других спортсменов нашей команды, уже в другой зоне. Через время, он возвращался снова, и приносил с собой бодрость и силы, делился с нами огромными кусками своей энергии, которые в такие моменты нужны как никогда. Так проходит каждая финальная ночь, любого чемпионат мира, где он — тренер.

«У меня для вас сюрприз, одна моя пара, ночью, обошла в зоне «С» французов, и они уже потеряли, как минимум одно очко. Я думаю, что вы можете рассчитывать на бронзу!», — с неизменной улыбкой и мальчишеским задором, крикнул капитан англичан, слезая с велосипеда, который он положил у таблички уловов нашего сектора.

«Вы, русские, отлично ловите, молодцы! А мои спортсмены, в одной из зон, имеют большую сложность. Но проблема в другом, в том, что я совершенно не понимаю, как здесь ловить! Это не логичная ловля, случайная!», — сетовал он и разводил руками в стороны, но продолжал улыбаться. Он вообще, очень позитивный человек, и, если бы не манера этого повествования, я бы обязательно указал его имя, хотя вы итак, наверняка догадались, о ком идёт речь.

Было раннее утро, хотелось спать, но восходящее над озером солнце придавало энергии и сил, да и собеседник был что надо, очень интересно было послушать его мысли о практически завершенном чемпионате. Вокруг нас, постепенно стали собираться другие наблюдатели, тренера, капитаны соседних команд, которые каждое утро делают обход и изучают уловы на табличках секторов. Начинался стихийный митинг, то ли против неудачной жеребьёвки, то ли в поддержку тех, кто пока не смог поймать рыбу, тут мы не до конца смогли разобраться. Но в этот момент, своим торжествующим криком заревел сигнализатор, и все разом замолчали, повернувшись к воде. Поклёвки в нашей полузоне, в светлое время суток, были большой редкостью…

«Вот тебе и золотая рыбка приплыла, такие к нам не часто заходят, — шутили мы, взвешивая золотого, трёхкилограммового карпа КОИ, который приплыл поприветствовать нас этим утром, — крайний раз мы ловили такого на Украине, на Каменке, в двенадцатом году, по-моему, вот так, прямо по графику, раз в пятилетку и приплывает». Оставалось около двух часов до финиша – то самое время, когда меняется очень многое в итоговом раскладе. Я могу вспомнить много мировых первенств, когда итоговое распределение призовых мест, да и вообще мест в итоговом протоколе, решалось именно в последние два-три часа турнира. Время All-In, время панчеров, время Lucky Chance, у этого временного отрезка много имён.

cJCknY75XLo
IMG_4810
s1Qm4oh41Xs
onLSc2CbdbY

Часть III

«Сборная команда России завершила выступление на девятнадцатом чемпионате мира в Венгрии, заняв четвёртое место, набрав одинаковое количество баллов с бронзовыми призёрами – французской командой, но уступив ей, по совокупному весу улова всей команды. При этом, наша команда существенно улучшила свои показатели в мировом рейтинге сборных команд спортивной дисциплины «ловля карпа», который формирует и ведёт Международная федерация ловли рыбы в пресной воде, именуемая сокращённо – FIPSed». И если бы рыболовный спорт был настолько популярен у нас в стране, насколько сейчас популярен безнадёжный, кривоногий и косолапый футбол, особенно в исполнении сборной команды России, то скорее всего, именно так, объявил бы результаты прошедшего чемпионата мира, какой ни будь суровый диктор Центрального Телевидения. Официальные итоги, так сказать. Да, чемпионат мира завершился, и как обычно, пулей пролетел, словно порыв ветра на водоёмах ворошиловской возвышенности юга России, мгновенно и навсегда, унеся с собой эти прекрасные, тревожные и счастливые часы главного соревнования года. Благодаря нашей, исключительно организованной и ответственной группе логистики, все пары команды собрались быстро, практически не обращая внимание на возмущение местных «велолюбителей», пока наши автомобили мешали им проехать по велодорожке. Когда мы все, наконец, съехались на нашу русско-французскую резиденцию, мы уже знали результат, и нам пришлось самим обрадовать наших «обидчиков», показав им итоговые протоколы турнира. Конечно, французы были счастливы, так как последнее утро турнира, по словам их тренеров, оказалось сущим адом – когда сразу несколько их пар потеряли по одному, а то и по два места в своих полузонах, из-за того, что их на финише обошли команды других стран. Магическое время, как ни крути… Хотя и нам тоже, было, о чём сожалеть, ведь в крайнюю ночь, одна из наших пар упустила сразу два места в полузоне, и не смогла удержать третью позицию к финишу, но при этом, ночью, поймала сразу четыре рыбы. А это, в «среднем по больнице», был очень хороший показатель и ночной, и дневной ловли. Они молодцы, они сделали всё, что от них требовал тренер и поставленные им задачи, просто в эту ночь к ним пришла «мелкая, но по три рубля», как сказал бы известный советский stand-up комик …

Бывает так, не повезло. Особенно на рыбалке. Нет, конечно, для всего российского карпфишинга, для сборной команды любой страны, показанный нашей национальной сборной командой результат стоит того, чтобы поздравить её, друг друга, да всех нас. Конечно, это в целом, отражает развитие нашей спортивной дисциплины в стране, да и вообще развитие карповой ловли. Но меня, всё же, не покидает лёгкое чувство досады, от того, что мы не смогли удержать призовое место, на котором находились еще за сутки до финиша, и пусть второе место, вряд ли было нашим, но «бронзу», надо было держать! Знаете, это похоже на чувство, когда в школе, ты пишешь контрольную по математике и прекрасно к ней готов, отлично знаешь предмет, задача знакомая и вообще, это твоя любимая дисциплина. Но из-за мелких недочётов, невнимательности или спешки, в этой контрольной, ты делаешь небольшие помарки, микроошибки и учитель ставит «четвёрку»… Хорошая, положительная оценка, но она не радует, ведь ты же мог, должен был в тех условиях, получить «пятёрку»… Досадно. Рассуждая о том, были ли у нашей команды ошибки на этом чемпионате мира, можно долго не думать. Конечно были, как у любой команды, которая там выступала. Просто те, кто совершил их меньше и показали результат лучше. Не правы будут те, кто скажет, что не то время и, не то место, рассуждать сейчас о наших ошибках. Самое время! Но помимо всего прочего, есть вещи, которые должны оставаться внутри команды, внутри коллектива, а грамотный тренер, найдёт способ, как эти ошибки исправить и не повторить в будущем.

Да, конечно, мы не завоевали призовое место и медали, но мы и не проиграли. И пусть мы пока с осторожностью говорим о том, что по итогам этого выступления, наша сборная получает прописку в группе сильнейших команд мира, но мы точно, уже в очередной раз, доказали всему миру, что к сборной команде России по карповой ловле, пора относиться очень серьёзно!

Артём Колесников
Венгрия, Капошвар, двадцать семнадцать

21994077_10211898667036575_4155896674389192807_o
21994292_10211898687197079_8358686371599198460_o
22051368_10211898558353858_6229280841527260156_o
22041997_10211898398789869_8085692048692899634_o
Возможно Вам будет интересно:
Поделиться публикацией

Добавить комментарий